— Мою машину, как Катюшу Гандзюк, облили кислотой, и неизвестно, кто заказал, — вздыхает 52-летний Анатолий ГАЙДАЙ. Он владелец «девятки» 1992 года выпуска. — А «Таврия» 2003 года выпуска — зятя, Женьки Шолоха. Он ее только полгода как купил, чтобы на службу в Гончаровское ездить.
Женя военнослужащий. Пять раз был в АТО, прошел Дебальцево, имеет награды. Служить пошел добровольно. Взяли со второго раза. Родину защищает от чужих, а тут свои негодяи гадят.
— Возможно, это сепары?
— Да ну, вряд ли.
— Может, вы злой начальник, вот кто-то из подчиненных и напакостил?
— Какой начальник, я простой слесарь-оператор котельной на молокозаводе. Жена тоже оператор котельной, только на хлебозаводе. Зарплата у меня минимальная. Машина — наша кормилица, мы на ней и на дачу, и на огород. Урожай привозим, надо же как-то выживать. Семья — шесть человек. А теперь вот еще и убытки. Нужно содрать поврежденную краску, погрунтовать, подготовить к покраске. Сто грамм краски гривен в 200 обойдется, подборка по тону — еще 300. А сколько специалист возьмет за роботу? Если в 2-3 тысячи вложимся, хорошо.
— У вас есть предположения, кто это мог сделать?
— Мы мирная семья, у нас нет конфликтов с соседями. Переехали в этот дом несколько лет назад. Раньше жили на Кругу. Там продали, тут купили. Автомобиль я никогда не ставил на дороге, только напротив подъезда, под деревьями, где никому не мешает. И не один я там паркуюсь. Зимой сам расчищаю снег. Когда зять купил машину, я говорю: «Ставь за моей». За нами еще один мужик ставил, вот и его авто тоже пострадало. Мы с ним не знакомы.
Предполагаю, может, кому-то не нравится, что одна машина в пять-шесть утра заводится, зять выезжает на службу. А я в семь часов утра на роботу. Автомобили старые, громко заводятся, чтобы поехали, нужно прогреть двигатель. Вот и науськали кого-то сделать пакость. Обидно очень. Есть органы, пускай разбираются.
Валентина ОСТЕРСКАЯ. Газета Весть от 13 июня 2019 года